Когда речь заходит о магии, колдовстве и порче, воображение зачастую рисует образы из сказок и кино — зловещие ритуалы, куклы вуду и проклятия на закате. Однако в реальной жизни народов Кавказа, и осетин в частности, понятие «порчи» и магического воздействия тесно переплетено с их древними языческими традициями, верованиями и уважением к предкам. Попробуем разобраться, как осетины делают порчу согласно фольклору, и как это соотносится с их реальной культурой.
Дзуары и духи: древняя «мчс и минздрав» Осетии
Чтобы понять суть магических представлений осетин, необходимо обратиться к их дохристианским верованиям. Осетины молятся дзуарам, духам-покровителям и святым, обитающим в святилищах. Как указывал исследователь осетинского быта Н. Дубровин, осетины обращались к дзуарам абсолютно по любому поводу: отходя ко сну, вставая утром, принимаясь за работу, отправляясь в путь или на охоту. Они просили об урожае, размножении скота, избавлении от болезней и всех житейских невзгод.
Интересно, что в дзуарах-святилищах и обитающих в них духах-покровителях осетины уже в древности видели функции Собеса, МЧС и Минздрава одновременно. Это важнейший момент: исконная осетинская магия носила защитный и созидательный характер, а не разрушительный.
Существовала ли «порча» у осетин?
В осетинской мифологии и фольклоре, безусловно, присутствуют понятия сглаза и проклятия, однако они кардинально отличаются от привычного нам европейского или восточного понимания «порчи».
Дурной глаз (Худой глаз)
Веря в дурной глаз, осетины считали, что человек может непреднамеренно сглазить успех, урожай или здоровье другого. Это не было целенаправленным колдовством, а скорее случайным выбросом негативной энергии. Защитой от этого служили молитвы дзуарам, а также обереги и ритуалы очищения.
Словесное проклятие (Худ слова)
На Кавказе вообще, и в Осетии в частности, слову придается колоссальное значение. Проклятие, произнесенное старшим, уважаемым человеком или обиженным вдовцом/сиротой, считалось страшным оружием. Именно через слово и происходила та самая «порча» — не через варево зелий, а через мощнейший энергетический посыл, который, как верили осетины, привлекал гнев дзуаров на обидчика.
Отсутствие института «черных колдунов»
У осетин исторически не было профессиональных «некромантов» или чернокнижников, к которым можно было бы прийти и заказать порчу на соседа. Обращение к темным силам строго пресекалось обществом и считалось осквернением себя и своего рода. Человек, занимающийся вредоносной магией, становился изгоем.
Как на самом деле «делают порчу» в осетинском обществе?
Если отбросить мистику, то в реалиях осетинской культуры процесс наведения «порчи» выглядит иначе и чаще всего сводится к социальным и духовным механизмам:
- Нарушение клятвы дзуару: Самый страшный способ навлечь на себя беду — поклясться именем дзуара и нарушить клятву. Человек, давший ложную клятву святилищу, по поверьям, обрекал себя и свой род на болезни и несчастья. В этом случае «порчу» делал не кто-то извне, а сам нарушитель.
- Обида сироты или вдовы: В осетинском кодексе чести (Агъдау) защита слабых — священна. Если человек обидел сироту, вдову или старца, их слезы и проклятия считались порчей, от которой нет спасения.
- Злорадство и зависть: Порча могла наводиться через банальную зависть. Если человек не мог искренне порадоваться за успех ближнего, это считалось грехом, который «отравлял» успех счастливчика.
Очищение и снятие порчи
Если человек считал, что на него навели порчу или сглаз, он не искал колдунов. Он шел в святилище (дзуар); Жрец (дзуар-лаг) проводил ритуалы очищения, читал молитвы, совершал жертвоприношение. Суть снятия порчи заключалась в том, чтобы вернуть человека под покровительство его духа-защитника, «смыть» с него негатив и восстановить баланс.
Рассуждая на тему «как осетины делают порчу», важно понимать, что в их традиционной культуре вредоносная магия никогда не была в почете. Осетинская духовность строилась на диалоге с дзуарами — могущественными духами, которые выступали в роли спасателей, врачей и защитников. Любая попытка использовать эти силы во зло, согласно верованиям, оборачивалась против самого злоумышленника. Поэтому настоящая «порча» у осетин — это не ритуал с иглами и воском, а тяжелое слово обиженного или клятвопреступление, разрушающее духовную связь человека с миром дзуаров.